Зеркало для лидера: где проходит грань между харизмой, здоровым нарциссизмом и патологическим самолюбованием?
Политик без внутренней брони долго не протянет, но где кончается необходимая уверенность в себе и начинается опасная игра в собственное отражение? Почему одних харизма ведёт к служению, а других — к бесконечной битве за подтверждение собственной грандиозности?
В комментарии RuNews24.ru политический психолог, к.полит.н., доцент Финансового университета при Правительстве РФ Артур Вафин отметил, что говорить, что без нарциссизма невозможно управлять государством, было бы слишком грубо. Но без определенной дозы уверенности в собственной миссии, устойчивости к критике и способности выдерживать постоянное внимание публичная власть действительно почти невозможна. Политик первого ряда ежедневно находится в ситуации символических атак: его оценивают элиты, избиратели, медиа, союзники, а главное – атакуют противники. Чёрный PR на AI-закваске все круче и сильнее бьёт по политикам. Негативное коммуникационное воздействие – это не что иное, как порча, на старомодном языке. Только если раньше сжигали фото оппонента, то сегодня с ним делают высококачественные фейки. Человек с хрупкой самооценкой такую нагрузку либо не выдерживает, либо начинает компенсировать её, например, агрессией.
«Поэтому логичнее говорить не о самолюбовании, а о здоровом нарциссическом ядре личности. Оно даёт лидеру ощущение права действовать, говорить от имени больших групп, принимать решения при неполной информации. Вообще, сегодня, как практик, я наблюдаю такую проблему, как неумение не то что принять решение, но неспособность говорить от лица «мы», и не из-за эгоизма, а из-за страха ответственности перед «своими».
По словам эксперта, в умеренной форме ваш Нарцисс, смотрящийся в зеркало заботы о себе, напитает вас энергией и харизмой. Исследования лидерства показывают, что нарциссические черты помогают человеку выдвинуться в лидеры, но сами по себе не делают его эффективным управленцем. Они хорошо работают на этапе завоевания внимания, но значительно хуже на этапе долгого институционального управления.
Политика вообще театральна. Грань проходит там, где лидер перестает различать себя и институт, личную обиду и государственный интерес, аплодисменты и реальную обратную связь. Харизматик усиливает группу: он даёт людям язык, надежду, образ будущего. Патологический нарцисс использует группу как зеркало: ему нужны не граждане и не соратники, а подтверждение собственной грандиозности.
«Возьмем в пример Трампа. Он как фигура трикстера разрушает границы допустимого и тем самым производит ощущение силы: он говорит то, что другие боятся сказать. Его импульсивность и резкие публичные высказывания не только слабость (с точки зрения оппонентов), но и часть политического спектакля. Для части аудитории это выглядит как искренность, хотя психологически может быть связано с потребностью постоянно подтверждать собственную значимость».
И здесь нам может помочь теория комплекса неполноценности Альфреда Адлера, ученика Зигмунда Фрейда. В адлеровской логике демонстративное превосходство нередко является не признаком внутренней силы, а способом компенсации. Чем сильнее внутреннее чувство неполноценности, тем громче может звучать внешняя грандиозность: я такой крутой, что вообще! Такой лидер не просто стремится к успеху, ему нужно постоянно побеждать, унижать конкурентов, доказывать, что он выше остальных. Политика в таком случае превращается не в служение общему благу, а в бесконечную сцену восстановления уязвленного Я.
«Если уверенность сочетается с ответственностью и уважением к правилам, мы имеем дело с политической харизмой. Если же уверенность превращается в культ собственной непогрешимости, критика переживается как личное оскорбление, то начинается зона опасного нарциссизма».
