В его жизни всегда было место Эвересту
Он четыре раза достиг вершины Эвереста, поднялся на одиннадцать восьмитысячников планеты, его назвали «самым сильным альпинистом-высотником XX века» и «снежным барсом» – дальше можно не перечислять. Даже те, кто далек от гор – и в прямом, и в переносном смысле этого слова – уже поняли, о ком идёт речь: об альпинисте Анатолии Букрееве. В 2023-м ему мог бы исполниться 65 лет, но он погиб в 1997 году во время восхождения на Аннапурну в Непале. Как в юбилейный год в Казахстане и России вспоминают знаменитого альпиниста, рассказывает журналист Галина Муленкова.
…Почему я снова и снова пишу о Буке? Потому что мы помним о нём. При помощи альпинистов я сняла об Анатолии два документальных фильма. Несколько лет назад бизнес-леди Динара Медетбекова инициировала проведение выставки, посвященной памяти выдающегося спортсмена. Художник Гафура Каирбекова создала мурал с изображением Букреева на фасаде одного из зданий в Алматы. В начале этого года в урочище Медеу с лёгкой руки предпринимателя Нурлана Смагулова был установлен памятник, созданный известным скульптором Нурланом Далбаем. Он был знаком с Букой и сохранил его письма к друзьям, которые я опубликовала в книге, вышедшей недавно в московском издательстве «Эксмо». Книга «Анатолий Букреев – «снежный барс» из легендарной команды альпинистов Ерванда Ильинского» – это биография величайшего советского альпиниста в воспоминаниях близких. Как-то раз один знакомый, увлекавшийся кино, спросил, кто, по моему мнению, объединяет Казахстан и Россию. «Анатолий Букреев», – ответила я. Он предложил мне поработать над сценарием фильма, но кино мы не сняли, а вот книгу я написала.
На малой родине Букреева
В РФ спусковым крючком для создания проекта «На пути к вершинам многополярного мира», который посвящен легенде мирового альпинизма Анатолию Букрееву, стал момент, когда юная Ольга Букреева (предваряя вопрос – нет, однофамилица) переехала из Челябинска в Сочи и стала ходить в горы. Альпинисты спрашивали, не внучка ли она Анатолия Букреева. Так отец Ольги, общественный деятель Андрей Букреев, задумал проект, который подразумевает публикацию фотоальбома, создание документального фильма и памятника Анатолию Букрееву. Мне по телефону он сказал: «Анатолий родился у нас, а жил у вас, поэтому выставку мы организуем сначала в Челябинске, потом в Алматы. Важно, чтобы молодежь видела, как можно достигать своих вершин в жизни, ведь у каждого – свой Эверест. Мы пригласим людей, с которыми Анатолий сотрудничал и кто написал о нём в своих книгах».
На первом этапе проекта одного из самых известных тренеров СССР и Казахстана Ерванда Тихоновича Ильинского пригласили на открытие фотовыставки, приуроченной к 65-летнему юбилею Букреева, и на открытие мемориальной доски в Южно-Уральском государственном гуманитарно-педагогическом университете. Приглашение получила и я.
И вот мы прибыли в шахтерский городок Коркино недалеко от Челябинска – на малую родину Буки. Здесь он родился, отсюда 12-летним мальчиком отправился в свой первый поход. И отсюда он, окончив педагогический институт в Челябинске, поехал в Алматы, где была одна из сильнейших в СССР команда альпинистов – горовосходителем высочайшего класса Бука стал в Казахстане.
На встречу прилетел известный итальянский альпинист, партнёр Букреева по нескольким гималайским экспедициям и автор книги «Комета над Аннапурной» Симонэ Моро. Он сказал: «Анатолий не может говорить с нами, но я стал амбассадором, послом Букреева. В горах мы с ним чувствовали себя свободными, поэтому любили горы. Мы познакомились на склоне Шиша-Пангмы в 1996-м. Тогда он сказал мне спасибо за то, что я помог ему топать тропу в глубоком снегу. Так завязалась наша дружба». Продлилась она 16 месяцев, а 25 декабря 1997 года, во время восхождения на восьмитысячник Аннапурну, Анатолий Букреев, Симонэ Моро и высотный оператор Дмитрий Соболев были сметены со склона лавиной. Выжил один итальянец.
Ледоруб с горчицей
В небольшом краеведческом музее накрыли стол с пирогами. Здесь мы узнали, что до 1932 г. Коркино оставалось маленькой деревней, пока геолог Горюнов не открыл уникальное Коркинское месторождение угля. Деревня превратилась в рабочий посёлок, сюда стали прибывать люди на строительство разреза. В 1936 г.первый угольный разрез был открыт, а в историю геологии месторождение вошло, как самый мощный на земле пласт угля. На месте дома, где жила семья Букреевых, теперь магазин, из пятерых детей остались два брата. Старший брат Александр – шахтер. Он поблагодарил за то, что Анатолия помнят. «Я всегда провожал и встречал брата Толю. Возил его в Челябинск, бывало, для тренировки, а обратно он не ехал, а бежал оттуда в Коркино».
Заслуженный учитель РФ, мастер спорта по альпинизму Татьяна Ретюнская рассказала о становлении Анатолия как альпиниста.
«В 1970-м я закончила институт. Организатор юношеского альпинистского, скалолазного, геологического и туристского движения Леонид Маркелович Кустов решил отправить меня в поход по вершинам Южного Урала. Предстало пройти 300 км. Прибежал проситься маленький рыжий пацан с кедами наперевес. Он начал меня упрашивать взять его, и в первые дни ему отказывали – я объясняла, что ребята долго готовились к этому походу, но он пришел снова. Перед его настырностью и одержимостью было не устоять, пришлось взять с собой. Папа сшил сыну маленькие кирзовые сапоги, я поставила его за собой и сказала, что группа должна равняться на шаг самого младшего, а посему все уважение и поддержку оказывать Толику. Букрей показал себя героем, он пыхтел, но не отставал, нес свой рюкзак, выполнял все требования и заслужил право вступить в наш геологический клуб».
В 1970 году Ретюнская поехала выполнять третий разряд в альплагерь «Талгар». Это была последняя смена, не хватало инструкторов, но вот ребятам представили Ерванда Тихоновича Ильинского, который прибыл вместе со своей командой из-под пика Победы на Центральном Тянь-Шане.
«Все наше внимание было приковано к этим ребятам, – рассказывает Татьяна Ретюнская. – Мы видели, как Ильинский муштровал своих армейцев, наблюдали за его командой и учились. Потом выпал снег и мы могли уехать с невыполненными разрядами. Меня делегировали к Ильинскому уговорить его сделать с нами одно оставшееся восхождение. Он предупредил, что снегу будет по колено, но разряды мы закрыли. Я всем рассказывала, что у Ильинского – команда, тем временем Толик рос в секции, занимался лыжами и ездил в горы, которые давались ему тяжело из-за ряда заболеваний, а медицинские показатели не позволяли сдавать нормативы. Ходить на третий разряд поехал в Заилийский Алатау и потерялся. Если после выполнения разряда ребята оставались работать в альплагере, у них была возможность ходить и поднять свой уровень. Толик остался после смены на Чимбулаке, никому не сообщив об этом, его мама переживала, я звонила знакомым, а когда он явился, мы даже хотели его исключить из секции за такое поведение».
Педагоги и друзья Букреева задаются вопросом – откуда в нём была такая сила и целеустремленность? После участия во второй советской гималайской экспедиции на Канченджангу он прислал открытку: «Коркинским альпинистам от Буки, который помнит и ценит секцию, где вырос, полюбил горы и научился тому, что позволило достичь вершины Канченджанги».
«Вот его ответ на все вопросы, – говорит педагог Ретюнская. – Вы – это основа, из которой он черпал силы. А то, как он попал к Ильинскому, произошло мистически. Мы его «сватали», но он понимал, что в такую команду попасть дано не всякому. И все же убежал от нас среди ночи. Мы познакомились с тренером Ириной Давыдовой, попросили её посодействовать Толе, и они уехали с ним в Фанские горы. Все, кто попадал к Ерванду Тихоновичу, не могли оставаться рядовыми альпинистами, а узнал он об Ильинском от меня. Давыдова забрала его с собой, чтобы продвинуть дальше. Так что я – счастливый человек, потому что любой педагог должен видеть результаты своего труда. На всех мероприятиях, посвященных памяти Анатолия, я говорю о том, что когда-то вела за руку по тайге мальчика, а потом этот мальчик стал подниматься на исполинские вершины, но никогда не забывал о своей родной секции, где был заложен фундамент его характера. Это был благодарный ученик и продолжатель наших традиций. Он всегда, с любой тропы, после каждого восхождения, присылал нам открытки. Так выдающийся альпинист-высотник вырос на краю самого глубокого карьера в мире».
Вспомнили, как подарили Толе ледоруб, намазанный горчицей, когда он выполнил норматив на значок «Альпинист СССР», как в 1984-м заболел менингитом, приехал домой и год отходил с коркинскими альпинистами, а потом вернулся в Алматы. Его тогда удалось включить в состав спасотряда. Поэт Алла Федоеенкова поведала, как загордилась, узнав о своём знаменитом, но уже погибшем соседе, и посвятила ему цикл стихов. «Кто и что их в эти горы гонит – не ответят и себе мужчины. Лишь сверкнут, как звезды на погонах, ими покоренные вершины». Циклы «Восхождение» и «Скалолаз» легли в основу литературно-музыкальной композиции «Сказание о Буке – восхождение». Гости побывали в храме Петра и Павла, где в 1958 году крестили Анатолия Букреева и где мы поставили свечи за упокой его души.
После открытия мемориальной доски в Южно-Уральском гуманитарно-педагогическом университете, где учился Букреев, провели презентацию книг. Я сказала, что меня поражала его способность рвать шаблоны, что он с невероятной скоростью ходил маршруты, где другие продвигались неделями, а посему прославился своими рекордами, что он не строил в голове заборы из не-возможностей, если только в юности. Он стал тем, кого теперь называют человеком мира, и в урочище Медеу, на конечной остановке, откуда Бука уходил в высокогорье или в посёлок Горный садовод, где когда-то жил, стоит памятник. Альпинист присел отдохнуть после восхождения, а таким его знали только товарищи по команде и тренер.
